Газиз Салихович Альмухаметов

Г. С. Альмухаметов

Г. С. Альмухаметов

Он являлся одним из самых ярких представителей первого поколения деятелей культуры и искусства Башкортостана, на долю которых выпала и ранняя слава, и удачи, и множество драм и трудностей, неотделимых от времени, в котором им пришлось жить и творить.

Газиз Салихович Альмухаметов… Уникальная личность. Выдающийся певец, талантливый музыкант, композитор. При этом — прекрасный организатор, крупный общественный деятель, много сил и энергии вложивший в становление башкирской и татарской профессиональной музыки, исполнительства.

Он был любимцем публики. С его уникальным даром были знакомы, общались с ним и слушали его неповторимый голос Леонид Собинов, Ахмет-Заки Валиди, Галимьян Ибрагимов, Салих Сайдашев, Шайехзада Бабич, Александр Фадеев.

…За свои 43 года жизни он успел сделать так много для своего народа. Жизнь его трагически оборвалась, когда налицо были успехи тех больших дел, которые он так удачно начал. Мечтал о музыкальном расцвете Башкортостана, об открытии оперного театра, создании симфонического оркестра, своей консерватории. Мечта об оперном театре осуществилась — 14 декабря 1938 года оперой «Прекрасная мельничиха» торжественно был открыт новый театр в республике. На его сцене пели первые выпускники башкирской национальной студии при Московской консерватории, основанной при деятельном участии Газиза Альмухаметова. Его, который так стремился приблизить этот день, уже не было в живых. Он стал жертвой репрессий — был расстрелян 10 июля 1938 года…

В последующие годы всячески старались уничтожить даже память о нем. Режим сталинских репрессий, убив физически, изымал из общественного обращения само имя. Долгое время, с 1937 по 1987 год, Башкортостан не мог вспоминать об одном из лучших своих сыновей. На радио в те годы существовал «черный список», в котором было и имя Альмухаметова.

Дочь знаменитого певца — Роза Газизовна Латыпова-Альмухаметова — показала мне бережно хранимую в семье старую виниловую пластинку с записью арии Нигмата из оперы «Эшсе» — на одной стороне, на другой — песни «Минлебике». Эта пластинка была куплена по случаю двоюродным братом певца на Ташкентском базаре. Он ахнул, увидев ее: всё на пластинке обозначено — Грампласт­трест, Наркомтяжпром СССР, Ногинский завод, исполняет народный артист Башкирской республики …………, играет на фортепиано Н.Б.Тряслов — всё указано. Нет главного — фамилии певца, ее выскребли, выцарапали очень тщательно. Боялись — «враг народа».

Эта пластинка вспомнилась мне в Казани, куда со съемочной группой объединения «Кино» ГТРК «Башкортостан» мы выезжали для съемок фильма об Альмухаметове. В музее имени Салиха Сайдашева я увидела две фотографии — на одной узнаю Газиза Салиховича в окружении деятелей культуры и искусства Татарстана. Среди них знакомые лица — Салих Сайдашев, Султан Габяши, Файзулла Туишев, Исмагил Илялов… Рядом — точно такая же фотография, но без Альмухаметова. Вместо него зияет черное пятно, вымаран тушью, зачернен, уничтожен его облик…

Газиз Альмухаметов был лишен звания «Народный артист БАССР», присвоенного ему Постановлением VII Всебашкирского съезда Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов от 20 марта 1929 года. И лишь в 1957 году, когда за отсутствием состава преступления дело в отношении Альмухаметова было прекращено, и он был посмертно реабилитирован, после заявления жены и дочери в Президиум Верховного Совета БАССР, было принято Постановление о восстановлении Альмухаметова Газиза Салиховича в звании «Народный артист БАССР».

***

Газиз Альмухаметов родился в селе Мурапталово Стерлитамакского кантона Мурапталовской волости (ныне — Куюргазинский район) глубокой осенью 1895 года (точной даты рождения не установлено, нет таких сведений и в архивах). Семья была большой. Мать Газиза Галима была удивительной женщиной — родила 20 детей, и все сыновья. В тяжелое голодное время выжили только шестеро. Семья сильно бедствовала, все трудились, даже дети. Жизнь была очень нелегкой, но отрадой для Газиза был его чудный голос — красивый, чистый, сильный. Из воспоминаний односельчан: «Газиз уже с 5—6 лет начинает петь. И это не было случайным — Салих и Галима, родители, хорошо пели, их пение любили слушать жители Мурапталово и окрестных деревень. Салих для своего времени был грамотным человеком и детям хотел дать хорошее воспитание». От туберкулеза умирает отец, и Газиз с 7 лет нанимается пасти скот к хозяевам русских хуторов. Братья тоже батрачили, в поисках работы разъезжались в разные края. Так, в 1909 году 14-летним подростком уезжает Газиз в поисках заработка в Ташкент вместе со своим братом Абдрахманом.

В Узбекистане Газиз летом работал на виноградниках, а зимой учился в медресе. Свою тоску и грусть по родным краям изливал в песнях, которых знал множество. У него была отличная музыкальная память, быстро запоминал сложные мелодии протяжных песен, любил петь эти глубокие, драматичные и красивые песни. Его талант был вскоре замечен, Газиза стали приглашать на любительские вечера, где он исполнял башкирские и татарские народные песни. В недалеком будущем песня становится его профессией — он едет на первые в своей жизни гастроли.

А вскоре его имя становится широко известным в тюркском мире — Газиз объездил с концертами всю Среднюю Азию, Поволжье, Сибирь, Азербайджан… Везде имел огромный успех.

…Меня всегда удивляло, как вдруг молодому и уже знаменитому певцу, артисту, завоевавшему большую популярность, пришла в голову мысль о создании национальной оперы? Откуда истоки этой упорно поселившейся в нем мечты? Долго не могла найти начало этой нити, ведущей его через всю жизнь к опере, к созданию в своей родной республике оперного театра, пока из немногих воспоминаний, материалов о певце не нашла статью Исмагила Илялова, где выслеживаю нужные факты (И.Илялов — друг и соратник Альмухаметова, долгие годы сотрудничавший с ним в качестве исполнителя-мандолиниста, организатора, администратора концертов, впоследствии активно помогавший в организации башкирского отделения при Московской консерватории). В этой статье он дает обстановку тех лет в Ташкенте.

«После службы в Красной Армии я приехал в Ташкент, где поступил в Народную консерваторию по классу скрипки. 1921 год… Несмотря на трудное время, местная культурная жизнь оживляется с каждым днем… Вот, после концертов в Самарканде, в Ташкент приезжает Газиз Альмухаметов. С первой же встречи он рассказал об одной окрыляющей его мечте. Эта его мечта зародилась вот когда: в 1920 году зимой, после его выступлений в Баку, его пригласили выступить в Азербайджанском музыкальном театре в одной роли в спектакле. Вот тогда он начал мечтать о нашей национальной опере…»

Что это был за музыкальный спектакль? Вероятнее всего, это была музыкальная комедия У.Гаджибекова «Аршин мал алан», которая увидела свет на Бакинской сцене в 1913 году и имела колоссальный успех. Долгие годы она не сходила со сцены (в Казани этот спектакль был поставлен в 1921 году и Альмухаметов мог знать эту яркую, красочную комедию, с талантливо написанной в народном духе, лирической и зажигательно веселой музыкой).

Далее И.Илялов пишет об атмосфере культурной жизни Ташкента. Оказывается, при ТАТИНПРОСе (Татарский институт народного просвещения) был свой клуб на 400 мест, который превратился в истинный очаг татар­ской культуры. Вспоминает, как они с Газизом Альмухаметовым, Рабигой Бурнашевой, Сюембикой Хамзиной и ее мужем — пианистом Исхаком Хамзиным в осенние и зимние месяцы 1921 года давали концерты в этом клубе. «В начале 1922 года он (Г.А.) переболел тифом и, выйдя из больницы, сразу же начал увлеченно писать либретто оперы, которая была у него в мечтах. Вместе с пианистом И.Хамзиным подбирали национальные мелодии. Будущий спектакль назвали «Сания» и в мае 1922 года подготовили к постановке на сцене… Это большое начинание в национальной музыкальной культуре привлекло внимание — зрителей было очень много, зал был переполнен». После спектакля было высказано много пожеланий, главные из них сводились к следующему: «Нужно встретиться в Казани с Султаном Габяши, уже имеющим опыт работы в драматическом театре, в музыкальном оформлении». Таким образом, начало первой татарской оперы было положено в Ташкенте в мае 1922 года.

В 1923 году, уже переехав в Казань, Альмухаметов и Габяши решаются вместе писать оперу. Для гармонизации и оркестровки приглашают В.Виноградова, опытного музыканта, знающего башкирскую и татарскую народную музыку.

…Альмухаметов был целеустремленным человеком. Создать оперу, основанную на башкирских и татарских мелодиях и песнях, поставить ее в городе, где не было музыкального театра. Как трудно было организовать ее исполнение. Сколько сил и энергии нужно было, чтобы объединить все имеющиеся музыкальные силы. В спектакле участвовали учащиеся музыкального техникума, поющие драматические актеры. Премьера состоялась в 1925 году. Опера прошла с большим успехом.

«Сания» по содержанию и музыкальному языку — бытовая лирическая драма, явилась первым опытом по созданию оперы коллективом авторов, интернациональным по составу. Следующая опера «Эшсе» («Рабочий») была создана тем же авторским составом в содружестве с народным поэтом Башкортостана Мажитом Гафури по его одноименной поэме. Сначала авторы хотели так же, как и в предыдущей работе, строить музыкальную ткань оперы на мелодиях народных песен, считая, что такой подход сделает оперу ближе и понятнее народу. Но новое для оперного творчества содержание требовало иного музыкального языка, нового подхода к нему. М.Гафури, работая над оперным либретто, сделал значительные изменения в содержании поэмы «Эшсе». Его герой Нигмат, замученный непосильным крестьянским трудом, попадает в поисках лучшей доли на золотые прииски, затем становится рабочим, долгие годы работает на заводе, но остается бедняком. Если в поэме Нигмат в конце жизни возвращается обратно в деревню, то в оперном либретто он становится сознательным рабочим и погибает в борьбе за свободу народа во время революционных событий 1905 года. Таким образом, опера «Эшсе» внесла новую для искусства тему, тут уже одними народными мелодиями невозможно было передать сложное содержание, показать характеры новых героев. В партитуру были введены темы «Интернационала» и «Марсельезы». Авторы отошли от применения пентатоники, на которой основывалась музыка «Сании» и диатонизировали музыкальный язык новой оперы. Музыковед Юлдуз Исанбет пишет: «Опера «Эшсе», в которой не было и намека на любовную интригу, открыла принципиально новую тему, трудную для воплощения не только в опере, но и в драме». Для ознакомления с жизнью и трудовой деятельностью рабочих Г.Альмухаметов, С.Габяши и М.Гафури выезжали в город Златоуст, где знакомились с рабочими и обстановкой, в которой они работают. Это очень помогло им в работе над оперой, а Газиз Салихович нашел прототипа своего героя Нигмата.

Создание оперы «Эшсе» стало крупным художественным событием начала 30-х годов, получившим широкий общественный резонанс. Показанная в Москве в 1930 году на Всесоюзной олимпиаде национальных театров, опера «Эшсе» была отмечена как одна из немногих советских опер, написанных на сюжет из жизни рабочих. Спектакль был поставлен силами оперной труппы при Татарском театре драмы и имел огромный успех. Во многом этому успеху содействовал Газиз Альмухаметов, исполнявший роль главного героя — рабочего Нигмата. Арии из опер «Сания» и «Эшсе» постоянно звучали в его концертных программах и стали одинаково популярны как в Татарстане, так и в Башкортостане. Оперы «Сания» и «Эшсе», безусловно, способствовали пробуждению интереса к оперному жанру в этих двух республиках, выявлению и консолидации исполнительских сил.

Газиз Альмухаметов много выступал с концертами, успевал записываться на пластинки, часто выезжал на родину — в Башкортостан, где его восторженно принимали. Он записывал в районах народные песни, причем всег­да интересовался историей песни, непременно записывал ее легенду. Так начиналась его фольклористическая деятельность, получившая продолжение в период жизни в Башкортостане. Народные песни он пел бесподобно, это отмечали все, кто писал о нем. В одной из ранних статей в журнале «Яналиф» журналист Сафа Бурхан писал: «Газиз тонко чувствовал стиль исполнения народных песен. Он не искажал и не «окультуривал» народные песни, как делали это многие концертные певцы. Когда он пел, перед глазами вставали герои старинных легенд, забывалось, что сидишь в концертном зале, что за окнами гремят трамваи и бегут автомобили. Его голос уводил мысли в синие горизонты башкирских степей, виделись высокие травы, слышался голос курая, разносящийся по степи».

Концертные программы, афиши, ноты, репертуарные списки певца свидетельствуют о многом. Наряду с башкирскими и татарскими народными песнями Альмухаметов включал в свои программы и песни нового времени: ведь он формировался как артист в годы революции и гражданской войны. Причем искренне верил в идеалы революции. (Об этом ярко свидетельствует его выступление в городе Самаре на обсуждении оперы А.Эйхенвальда «Степь» в 1931 году).

Певцу порой становилось тесно в рамках своего репертуара и он начал создавать свои собственные песни и романсы. Творческое начало в нем было очень сильным. Под впечатлением увиденного во время поездки по Башкортостану — голод, разруха и эпидемия тифа, косившая целые деревни, — он обратился к Загиде Байчуриной с просьбой описать его переживания и горестные впечатления от увиденного в родном краю. Это было в 1921 году в Ташкенте. Так появилась первая вокальная баллада «Зловещий ветер». Позднее композитор В.Виноградов написал интересное фортепианное сопровождение с темой того самого зловещего ветра. (В 1961 году текст баллады был написан заново башкирским поэтом Якубом Кулмыем, и произведение стало называться «Башкирский джигит». В таком виде оно исполняется в наши дни). Чутко откликаясь на жизненные события и все происходящее вокруг, он пишет песню-поэму «На смерть Маяковского» на собственные слова. Среди рукописей Альмухаметова, чудом сохранившихся, есть набросок «Испанская девушка-фронтовичка» с башкирским текстом (видимо, также на свои слова). Рядом — песня, которую певец пел в концертах «Но пассаран». Своим долгом считал певец пропаганду классической музыки, произведений советских композиторов. Хотел, чтобы эти произведения были понятны его землякам и сам переводил на башкирский язык арию Ленского из оперы Чайковского «Евгений Онегин», романс Дубровского из оперы Э.Направника, романс Бородина «Для берегов отчизны дальней», балладу А.Новикова «Отъезд партизан». В его богатейшем репертуаре были песни узбекские, казахские, азербайджан­ские, персидские…

В 1929 году к 10-летию БАССР Газиз Салихович в соавторстве с Габяши и Виноградовым написали торжественный марш «Башкортостан». Он был исполнен в правительственном концерте для делегатов VII Всебашкирского юбилейного съезда Советов. И сам певец вдохновенно пел на этом концерте, проходившем во Дворце труда и искусств — Аксаковском доме (ныне — Театр оперы и балета). На этом съезде было принято решение включить в повестку дня вопрос о присуждении певцу звания «Народный артист БАССР». (Постановление о таком звании было за номером 1). Также было принято решение — пригласить Альмухаметова на работу в Башкортостан.

Газиз Салихович с радостью принял это приглашение и вскоре с семьей переехал в Уфу. С этого времени начинается интенсивная деятельность музыканта, жизнь, полная интереснейших начинаний и событий, жизнь, особо уплотненная во времени. Вскоре по ходатайству Г.Альмухаметова перед правительством Башкортостана в Уфу переезжает и его близкий друг, соратник, единомышленник Султан Хасанович Габяши. Вместе они сделали много хорошего — это и сотрудничество с институтом национальной культуры в области сбора и записи музыкального фольклора (этот опыт они приобрели еще в Казани), и преподавательская работа в техникуме искусств, большая пропагандистская работа…

Несмотря на успехи в исполнительстве, он продолжал мечтать об опере в Башкортостане, о своем музыкальном театре в республике. Поистине «он знал одной лишь думы власть» и именно он, Газиз Салихович, убедил правительство республики в необходимости создания при Московской консерватории башкирского отделения.

Газиз Альмухаметов некоторое время занимался в Народной консерватории в Ташкенте, позднее имел возможность консультироваться в Московской консерватории (тому есть свидетельства). Талантливый певец-самородок — он достиг всего постоянным самообразованием — много читал, общался с талантливыми писателями, артистами, музыкантами. В Москве, когда Газиз Салихович пел перед аттестационной комиссией, его услышал знаменитый певец Леонид Собинов. Популярный башкирский певец и до этого благоговел перед Собиновым, старался попасть на концерты и спектакли с его участием — в Москве, Казани. Известно, что Собинов сказал Газизу: «У Вас очень красивый голос, он поставлен самой природой». Жена Газиза Салиховича Мастура Файзуллина вспоминала, что муж по пластинкам разучивал романсы и арии из репертуара великого русского певца.

Горячей, напористой целеустремленности Газиза Альмухаметова, не получившего системного профессионального образования, но так страждущего его для других, обязаны мы прежде всего тем, что в Башкортостане появились первые профессиональные певцы, музыканты и композиторы, родился первый музыкальный театр. Он был инициатором и организатором национального башкирского отделения при Московской консерватории, открытой в 1932 году. Он сам выезжал в районы республики, где на машине, где на лошадях — исколесил всю Башкирию в поисках голосистых юношей и девушек. Именно он повез их в Москву, полураздетых, практически не знающих русского языка. После их зачисления сам повел в Большой театр на балет «Раймонда». «Дети, запомните этот день», — сказал он им. Приехав домой, в Уфу, сказал жене радостно: «Башкирские дети перешагнули порог консерватории». На этом отделении учились одаренные девушки и юноши, многие из которых стали талантливыми певцами и композиторами. Среди них — Бану Валеева, Габдрахман Хабибуллин, Хабир Галимов, Асма Шаймуратова, Загир Исмагилов, Хусаин Ахметов, Раиф Габитов, Диана Нурмухаметова, Зайтуна Ильбаева — это далеко не все, кому помог определиться в жизни и искусстве Газиз Альмухаметов.

Народная артистка России и Башкортостана, профессор УГИИ Бану Валеева вспоминала: «Газиз Альмухаметов сияет в душе моей как яркий свет, это человек, осветивший весь мой путь. Благодаря ему я стала профессиональной певицей, прожила счастливую творческую жизнь на оперной сцене, была удостоена высоких званий… Я из первого выпуска башкирской студии при Московской консерватории. Газиз-агай делал все для того, чтобы мы стали профессионалами высокого уровня. Условия в общежитии были неважные, так он для самых талантливых снимал в Москве квартиру, даже позаботился, чтобы там поставили пианино. А на каникулах брал с собой на концерты, чтобы мы немного подзаработали денег и приоделись. Говорил: «Будете петь в перерыве между моими выступлениями». Поскольку в Уфе нам было негде остановиться, мы все ехали прямо на его квартиру. Там вся его семья с радостью нас принимала.

Радовался тому, что у нас были все условия для учебы. «Очень старайтесь, станете настоящими певцами» — он верил в наше хорошее будущее. Сам тоже неустанно работал над повышением своего мастерства».

Заслуженная артистка Башкортостана Зайтуна Ильбаева в своих воспоминаниях об Альмухаметове писала: «Внешне Газиз-агай был очень симпатичным, обаятельным человеком. Вместе с тем, был мягким от природы, даже к тем, кто был ниже его по чину или моложе, относился с большим вниманием, исключительно человечно. Это был человек высокой культуры, был образцом для подражания. В нем совершенно не было зазнайства, которым страдали очень многие. Кроме того, что на сохранившихся до сегодняшнего дня афишах крупными буквами написана фамилия АЛЬМУХАМЕТОВ, нет ничего, чем бы он себя возвеличивал. Ничего написанного о нем, о нем рассказывающего не осталось. Даже в написанной своей рукой и изданной книге про свою жизнь ни одного слова не написал. Он был настоящим человеком».

Вспоминает дочь Роза Газизовна: «Папу забрали в день первых выборов в Верховный Совет БАССР 12 декабря 1937 года. На следующий день он должен был выехать на гастроли в Ташкент, чемоданы были упакованы, а в Ташкенте расклеены афиши о концертах… Мы тогда жили на Коммунистической 17, в больших деревянных домах, они назывались «правительственными». Там жили Хадия Давлетшина, Даут Юлтый и другие яркие представители башкирской культуры. Помню: каждую ночь кого-нибудь забирали. Люди, которые пришли арестовать папу, удивлялись — такой знаменитый артист, а нет никакого богатства. Рояль, фисгармонию забрали сразу, потом книги, фотографии… Всё. У нас было много книг… Я тяжело переживала разлуку с отцом. Он меня очень любил, мы были с ним настоящими друзьями. Через некоторое время забрали и маму как жену врага народа. Она в тюрьме сильно заболела, через несколько месяцев ее выпустили — она была очень худой. Ввиду ее состояния (сказали: «не жилец»), ссылку заменили Уфой. Знакомые врачи выходили ее. В ее отсутствие я жила у Сабитовых — у отца и матери будущего известного композитора Наримана Сабитова. Они относились ко мне как к дочери, заботились обо мне. Я тогда была школьницей, училась в 6 классе»…

Семь месяцев в тюремных застенках… О чем только не передумал Газиз Альмухаметов в эти ужасные дни и месяцы?! В протоколах допросов в архивах КГБ вычитала, как на вопрос «Считаете ли себя виновным в том, что вы разжигали националистический дух народа?», артист ответил: «Я… вел вредительскую работу в области искусства. Протаскивал контрреволюционные песни на концертах, которые служили воспитанию масс в националистическом духе».

А «протаскивал» он в свои программы песни «Урал», «Буранбай», «Сибай»… Вот что вспоминал поэт Муслим Марат, свидетель последних дней певца. Он говорил, что ему довелось услышать «лебединую песнь» Альмухаметова. «Он пел перед решеткой для всех заключенных — жертв этих жутких преступлений. Он не бросил своего могучего оружия до последнего вздоха. Он пел, не страшась, что за это получит только лишнюю долю карцера. В то время, когда он исполнял песни «Урал» и «Буранбай», другие заключенные не подпускали к нему близко, он мог спокойно закончить песню». (Госархив РБ).

… Башкирская народная песня. И перед смертью он пел ее. Он даже не предполагал, что его расстреляют. Из протокола судебного заседания: «В последнем слове подсудимый просит предоставить ему возможность работать в области искусства». В 19.00 10 ию­­­ля 1938 года оглашен приговор, который сразу же был приведен в исполнение (об этом свидетельствует справка в архиве).

В один день с Газизом Альмухаметовым органами НКВД были расстреляны крупные партийные и общественные деятели, люди, занимавшие ответственные посты. Назовем только некоторые имена: Риза Абубакиров, Ахмет Исянчурин (Обком ВКП(б), Булат Ишемгулов, Губайдулла Давлетшин — писатели, Макарим Магадеев — художественный руководитель Башакадемдрамы, Валиулла Муртазин — артист этого же театра, Даут Юлтыев — секретарь Союза писателей. Всего 33 человека. Газиз Альмухаметов числится в списке как артист Госконцерта… 10 июля 1938 года жертвами политических репрессий пали честные, инициативные, талантливые люди. За день была «вырезана» элита башкирской культуры, науки, народного хозяйства.

***

По редким сохранившимся записям, звучащим со старых пластинок, трудно представить во всей полноте голос Альмухаметова. Но все равно через толщу лет прорывается его сильный, выразительный голос, удивительно глубокое, проникновенное исполнение. Заслуженный артист Татарстана Усман Альмеев, вспоминая голос Газиза Салиховича, сказал, что ему много раз приходилось слышать пение знаменитого башкирского певца. «В концертах он пел оперные арии — пел, как поют итальянские певцы. А как он пел народные песни! Бесподобно! Я слушал его в опере «Эшсе», где он пел арию Нигмата. Как сегодня помню сильнейшее впечатление от его исполнения «Кунгур Буга», «Зульхиза» и других башкирских песен. Это был лирический тенор полного звучания, с хорошими верхними нотами. Это был настоящий голос! Красивый и яркий, незабываемый».

Газиз Альмухаметов во многом был первым. Первым донес красоту и богатство, содержательность и эмоциональную силу башкирской народной песни до самых разных уголков большой страны. Первый народный артист. Первым написал книжку «В борьбе за создание башкирской советской музыки». В ней дается анализ состояния музыкальной культуры и музыкального образования в республике. Всего 24 страницы, но сколько ценных мыслей она содержит. Альмухаметов мыслил по-государственному. Он умел видеть перспективу развития, разбирался и понимал самые сложные проблемы, стоящие перед национальной культурой и предлагал конкретные пути решения этих нелегких задач.

В Башкортостане проводится конкурс вокалистов имени Газиза Альмухаметова, на котором исполняются его сочинения «Плещутся лодки», «Зловещий ветер», «На смерть Маяковского». К сожалению, эти и другие произведения композитора не изданы и существуют в рукописном виде. А ведь сохранился в рукописном виде целый альбом «Репертуар народного артиста БАССР Газиза Альмухаметова», включающий и собственные сочинения певца, и исполняемые им произведения. Сохранился он исключительно благодаря видному композитору и фольклористу Камилю Юсуфовичу Рахимову, который передал его дочери Альмухаметова Розе Газизовне.

В архивах Уфы есть материалы, которые могут дать возможность изучения жизни и творчества такого выдающегося деятеля республики молодым исследователям — историкам, музыковедам. Первый шаг был сделан Людмилой Петровной Атановой в ее очерке «Жизнь как песня», изданном в Уфе в 1973 году. Есть телевизионный документальный фильм «Я песней к вам возвращусь» (1994). В родном селе Мурапталово открыт музей Газиза Альмухаметова. Республиканская школа-гимназия музыкального воспитания носит его имя. Как было бы хорошо установить мемориальную доску на здании Театра оперы и балета, для открытия которого Газиз Салихович так много сделал.

Память об этом редком, удивительном человеке, отдавшем свое доброе, щедрое сердце и свою пылкую, кипучую жизнь, горения своей прекрасной души расцвету культуры Башкортостана, должна жить в сердце народа. Вся жизнь его была подобна подвигу.